«Жизнь просто подражает Юриным спектаклям»
На Кунцевском кладбище в Москве прошли похороны режиссера Юрия Бутусова, бывшего худрука Санкт-Петербургского академического театра имени Ленсовета. Траурная церемония была заполнена стихами, музыкой, песнями и табачным дымом. А еще поклонники господина Бутусова не скрывали своего возмущения тем фактом, что власти Санкт-Петербурга отказались выделить великому земляку достойное место на кладбище. Впрочем, семья режиссера нашла способ сохранить его связь с родным городом: на столичное кладбище привезли петербургскую землю.
На самом краю кладбища стояли десятки людей с белыми розами, хризантемами, подсолнухами, лилиями. Не было только традиционных «похоронных» красных гвоздик. Люди окружили небольшую яму, рядом с которой возвышалась красная стойка. К ней была прикреплена фотография улыбающегося Юрия Бутусова. Она легонько колыхалась на ветру. Пришедшие оставляли у стойки венки, букеты, корзины с цветами, а еще фигурки чаек в память о спектакле по пьесе Антона Чехова — за эту «Чайку» режиссер получил одну из шести своих «Золотых масок».
Наконец, вдова режиссера Мария Бутусова поставила на стойку серебристую урну с прахом мужа. Музыканты подняли в воздух смычки и скрипки. Заиграла музыка, и все склонили головы.
Первым выступил режиссер Константин Райкин. «Трудно найти в себе силы говорить,— тихо начал он.— Утверждение Юриной гениальности в том, что жизнь просто подражает Юриным спектаклям. Вот и все, что связано с его уходом, все это так непостижимо, мистично… Как будто пронизано каким-то черным юмором, начиная от прощания в Софии, где было столько разного, где все двоилось, потому что было это и горько, и нелепо, и смешно. И мне казалось,— мы с Машей об этом тоже говорили,— что Юра хихикает от этого процесса, глупого отчасти.
И вместе с тем, конечно, это было невозможно, невыносимо больно: и эти несколько прощаний, и наш город Петербург, который тоже двоился, потому что он верен самым позорным своим качествам и самым прекрасным».
Тут участники церемонии одобрительно закивали. Поклонники режиссера и его близкие были в недоумении, а то и в негодовании из-за того, что Юрия Бутусова, родившегося в Санкт-Петербурге и отдавшего часть своей души театральной сцене этого города, приходится хоронить в Москве.
Режиссер Юрий Бутусов утонул 9 августа на отдыхе в Болгарии. Первая гражданская панихида по нему состоялась в Болгарии 14 августа, тогда же тело режиссера кремировали. 23 августа с режиссером попрощались в Москве, в Театре имени Пушкина. Предполагалось, что после этого Юрия Бутусова захоронят на родине, в Санкт-Петербурге, на мемориальном Комаровском кладбище. Однако городские власти отказали в этом. «В связи с отсутствием родственных захоронений, а также государственных наград у покойного обеспечить захоронение на закрытом по своему статусу кладбище невозможно»,— сообщили в пресс-службе петербургской администрации. Вдове предложили небольшой участок для захоронения урны на Смоленском кладбище в западной части Санкт-Петербурга «с учетом вклада Бутусова в развитие театрального дела». Но Мария Бутусова отказалась от этого предложения, поскольку режиссер завещал посадить на своей могиле дерево как отсылку к спектаклю «В ожидании Годо». Поэтому хоронить петербуржца пришлось в Москве.
«Его уход — это какое-то непостижимое событие, непостижимое,— продолжал господин Райкин.— Я думаю, даже то, что мы несколько раз с ним прощаемся,— это свидетельство того, что мы пытаемся постичь его физическое отсутствие… Он слишком многое собой представлял, чтобы с ним расстаться. Юра, с тобой расстаться невозможно, дорогой мой непостижимый, гениальный Юра. Невозможно проститься!»
И все же пришлось прощаться, и проститься хотели многие.
На похороны пришли художественный руководитель Театра Моссовета Евгений Марчелли, Константин и Полина Райкины, актеры Тимофей Трибунцев, Агриппина Стеклова и Виктор Добронравов. К стойке вышел статный молодой человек с гитарой — он спел песню Виктора Цоя «Дерево». Ученики Юрия Бутусова хором исполнили песню The Beatles «Because». Другие выступавшие читали стихи, рассказывали личные истории о режиссере, о его работе и семье.
В толпе у могилы раздавались то всхлипы, то добрый смех.
В конце похорон музыканты сыграли «Pavane» Габриэля Форе. «Спасибо за большую любовь. Спасибо, что вы любили его так, что он это чувствовал,— обратилась ко всем Мария Бутусова.— Я еще раз почувствовала, что все это было не зря. Во время этого бесконечного поиска, бесконечных разговоров, других кладбищ, которые я видела, я думала уже вплоть до того, что раз мы отсюда уехали, то мы можем и похоронить в другой стране. С урной, как вы понимаете, это не так сложно. Лежит Тарковский под Парижем, мы его там с Юрой навещали несколько раз… И не только он лежит не у себя в стране. Но мне было важно, чтобы было место, куда могли прийти люди, любящие его здесь. И это, конечно, не во Франции. Все-таки страна — это не те люди, которые не разрешают или делают вид, что ты ничего не заслужил».
Как прощались с Юрием Бутусовым в театре имени Пушкина
И все же близким режиссера удалось сохранить связь Юрия Бутусова с родным городом. Для захоронения урны специально привезли землю из Петербурга. Черный ящик с ней открыли и поставили рядом с могилой. Люди по очереди подходили и бросали в яму горстку земли по своему выбору — черную петербургскую или рыжую московскую. Затем все как один отходили к стене колумбария закурить. Тихая музыка постоянно перекрывалась щелчками зажигалок. И табачный дым постепенно затмил запах цветов, так долго сопровождавший этот теплый сентябрьский день. Завершилась траурная церемония под песню Майкла Джексона «Smooth Criminal» и нескончаемый поток оваций.
Фотогалерея
«Театр — это ручная, штучная работа»
